Слово Патриарха

Cвятитель Алексий взошел на всероссийскую кафедру, стал первосвятителем земли Русской в самое тяжелое время, когда начали разрываться связи между северной и южной частями Руси, когда многие внешние силы работали для того, чтобы никогда более не было единой Святой Руси. Единая Святая Русь есть величайшее наследие князя Владимира, и святитель Алексий, последний из Киевских митрополитов, являясь фактически уже митрополитом Московским, напрягал все силы для того, чтобы сохранить это духовное единство. Но слишком велико было противоборство политических сил, и мы знаем, что многие годы продолжалось тягчайшее разделение народа и Церкви. И сегодня мы особо молились святителя: Московскому Алексию, носившему титул митрополита Киевского и всея Руси, выразителю этого духовного единства Святой Руси, чтоб он, предстоя Господу, просил Спасителя мира уберечь историческую Русь от духовных разделений и вражды. Церковь нашу сохранить в единстве, соединить с нею всех тех, кто по разным политическим и иным обстоятельствам от нее отделился.

25 февраля отмечается память святителя Алексия, митрополита Московского и всея России чудотворца, - день его преставления. Мы приводим отрывок из книги Александра Сегеня «Свет светлый. Повесть о митрополите Алексии Московском, всея России чудотворце».

«В тот же год захворал святитель Алексей. Болея, он непрестанно пребывал в молитвенном подвиге, и было ему откровение о дне и часе смерти. Вскоре после Рождества Христова митрополит призвал к себе своего крестника и сообщил о том откровении. Дмитрию Ивановичу было уже двадцать семь лет. С детства его отличала полнота, и с возрастом он только набирал и набирал излишнего веса. Тучный, медлительный. Стоило быстро пробежаться, уже тяжело дышал. Вот и сейчас, узнав, что духовный отец зовёт его к себе, Дмитрий прибежал на зов, сел рядом с постелью, на которой лежал больной митрополит, и некоторое время шумно отдыхивался. Алексею трудно давались слова. Боясь, что какие-то могут оказаться не услышанными, он терпеливо ждал, покуда дыхание милого крестника станет ровным, и лишь когда наступила тишина, тихо заговорил:
— Сынок мой, Дмитрий! Недолго осталось мне на этом свете. В грядущую зиму отойду от тебя к твоим родителям. Буду пред ними ответ держать, каким тебя вырастил и на ноги поднял. Знаю даже, когда точно смерть моя. Сказать?
— Скажи, батюшка!
— Как раз по серединке между Сретеньем и началом масленицы. Знаешь, где хочу, чтобы положили меня?
— Где? — Около Чудовского храма за алтарём. Место сие мне дорого. Мне его хатунечка подарила. Царица Тайдула. За то, что я её от слепоты излечил. В этом её подарке и мечтаю лежать.
Всё получилось по слову святителя! Двенадцатого февраля — ровно через десять дней после Сретения и ровно за десять дней до начала масленицы — он отошёл ко Господу.
Великий князь Дмитрий Иванович исполнил просьбу духовного отца своего. Правда, не за пределами храма, а в самом Чудовском храме Архангела Михаила погребли любимого митрополита, близ алтаря, в приделе Благовещения Пресвятой Девы Марии».